Одна из самых богатых семей в Америке, которые потеряли всё

Американец Корнелиус Вандербильт (Cornelius Vanderbilt), построивший транспортную империю и ставший одним из первых в мире мультимиллионеров. Как и многие предприниматели 19 века, Вандербильт начинал с нуля — не имея ни образования, ни связей, ни денег.

Корнелиус Вандербильт родился в 1794 году в Статен-Айленде, в семье фермеров с голландскими корнями. Он стал четвертым ребенком в семье. Отец предпринимателя, также Корнелиус, совмещал фермерство и лодочные перевозки. Особого богатства у Вандербильтов не было, но семья не бедствовала и жила вполне счастливо.

Корнелиус с детства проявлял упорный, жесткий и независимый характер. В 11 лет он бросил школу, при этом едва выучившись писать, — из-за этого у него будут проблемы в начале предпринимательской деятельности. Сам Вандербильт объяснял, что если только учиться, то не будет времени заниматься чем-то еще. Без учебы он не пустился в приключения — вместо этого помогал отцу.

В 16 лет юноша объявил матери, что собирается записаться на флот. Она поняла, что Корнелиус стремится к независимости, и предложила ему альтернативу — $100 в долг на покупку собственной лодки. Было одно условие: в течение месяца Вандербильт должен был обработать и засеять участок в восемь акров.

По поводу условленного срока есть расхождения: часто встречается версия, что Вандербильту было дано всего 26 дней. Этот вариант выглядит правдоподобно, если уточнить, что срок заканчивался на день рождения Корнелиуса — 27 мая. Работа была нелегкой, но Корнелиус был к ней привычен, а к тому же его подогревала возможность начать свое дело. Он уложился в нужный срок.

На предоставленные матерью деньги Вандербильт приобрел небольшую баржу и начал перевозить грузы и пассажиров. Главный его маршрут был от Статен-Айленда до Манхеттена. За свои услуги он брал около 18 центов. Хотя грузоперевозки — довольно опасный бизнес, чреватый потерями лодок и грузов, Вандербильт попал в аварию лишь однажды.

Корнелиус положительно себя зарекомендовал, к тому же он был готов к отплытию независимо от погоды. Клиентов становилось больше, и через год предприниматель вернул матери долг и добавил еще тысячу долларов на семейные нужды.

Ежедневно занимаясь перевозками товаров, он обратил внимание на разницу в ценах в Статен-Айленде и Нью-Йорке и стал зарабатывать на продаже товаров. Вандербильт обзавелся небольшим флотом, состоящим из барж; бизнес оказался неплохой, но развиваться было некуда.

Все изменил 1812 год, когда вспыхнула англо-американская война, называемая второй войной за независимость. Английские корабли блокировали Нью-Йорк, и прибрежные форты нуждались в припасах.

Вандербильт уже заслужил известность перевозчика и завел связи, так что ему удалось выиграть государственный контракт на поставку в эти форты. Выполнить условия соглашения было нелегко, учитывая блокаду, но Вандербильт барж не терял. Именно тогда он получил прозвище «коммодор» — правда, часть источников считают, что прозвище появилось уже в 1830-е годы.

Денег, заработанных на военных поставках, хватило на расширение флота: Вандербильт обзавелся шхуной Dread и еще двумя небольшими кораблями. Только перевозками он не занимался — большую часть его внимания занимала торговля продуктами.

К 1817 году молодой предприниматель скопил капитал приблизительно в $9 тысяч. Казалось логичным развивать свое дело дальше, но Вандербильт поступил иначе. Он заинтересовался пароходным бизнесом, но начать его самостоятельно еще не мог и решил поработать на других. В 1818 году Вандербильт, по одним источникам, продал, а по другим, передал управляющему свой бизнес, а сам нанялся капитаном на пароход Томаса Гиббонса. Его жалование составляло около $1000 в год.

В процессе работы Вандербильт убедил Гиббонса, что нужно построить собственный пароход. Судя по всему, проектом занимался сам Корнелиус, хотя некоторые источники это отрицают, ведь у него не было соответствующего образования. Так или иначе, не без усилий Вандербильта был построен корабль «Беллона». После этого Корнелиус вложился в бизнес Гиббонса и стал его партнером. Часть западных источников указывает, что пароход Гиббонс купил еще в 1818 году, а Вандербильта нанял в качестве капитана.

До этого момента Гиббонс занимался исключительно перевозкой пассажиров из Нью-Йорка в Нью-Брансуик по реке Раритан. Вандербильт же предложил расширить деятельность на Нью-Йоркский залив. Гиббонс согласился, но все оказалось не так просто.

Пароходные перевозки в этом направлении полностью контролировала монополия Ливингстона и Фултона. Законодательное собрание предоставило им монополию на 30 лет, и все желающие работать в этом направлении были вынуждены приобретать у них лицензию.

Ливингстона и Фултона уже не было в живых, а их лицензию получил бывший сенатор Аарон Огден. Гиббонс имел федеральную лицензию на перевозки, но этого было недостаточно: нужно было получить еще и аналогичное разрешение от штата.

Тогда Вандербильт применил метод, который в будущем использует еще не раз, — тотальное снижение цен. Перевозки, производимые на пароходе «Беллона», назло монополисту стоили всего $1. От пассажиров не было отбоя. Убытки Вандербильт пытался компенсировать высокими ценами на еду и выпивку.

Отчаявшись победить при помощи конкуренции, Огден решил использовать правительство штата. Формально он имел на это право, ведь необходимой лицензии у Гиббонса не было. Монополист подал в суд и выиграл дело. Затем начались попытки арестовать Вандербильта, но он постоянно ускользал от погонь, да еще умудрялся продавать больше билетов, используя преследование как своеобразный аттракцион.

Встречается информация, что на «Беллоне» имелась потайная каюта, где Вандербильт прятался. За все время предприниматель лишь один раз был близок к задержанию. Пароход тогда находился в порту, но Вандербильт, заметив полицейского, приказал отчаливать. Тот не пожелал оставаться на борту и вернулся на берег вплавь.

В конце концов дело дошло до Верховного суда, где закон штата Нью-Йорк неожиданно признали неконституционным: он нарушал полномочия конгресса в отрасли торговли. Так закончилась первая бизнес-война Вандербильта. Кстати, по некоторым версиям, иск в Верховный суд подал Гиббонс. На случай неудачи судиться должен был еще и Вандербильт, его дело против монополии должно было рассматриваться следующим.

Томас Гиббонс умер в 1826 году, и Вандербильт продолжил работать в партнерстве с сыном Гиббонса — Вильямом. Сотрудничество было успешным: к 1829 году Корнелиус заработал около $30 тысяч. Тогда он решил, что пора начинать собственное дело отдельно от всех. Есть сведения, что Вандербильт сначала пытался выкупить компанию Гиббонса, но тот отказался.

Встречается красивая история: якобы, когда Вандербильт решил переехать в Нью-Йорк и начать там бизнес, Томас Гиббонс предлагал вдвое увеличить ему жалование, но жена и дети Корнелиуса были против переезда. Здесь есть два несоответствия: Томас Гиббонс к тому моменту уже умер, а жена Вандербильта София, привыкшая к жесткому характеру мужа, не выражала недовольство его решениями.

Кстати, София Вандербильт, пока ее муж боролся с монополиями, руководила небольшим отелем «Беллона» в порту Нью-Брансуика. Открыл отель Корнелиус, он же обеспечивал рост клиентов за счет скидок и рекламы.

В 1830 году Корнелиус создал в Нью-Йорке пароходную компанию. Его целью стало создать маршруты из Нью-Йорка в ближайшие регионы. Начал он с линии Пиксилл. У него сразу нашелся сильный конкурент в лице Дэниэла Дрю, и в итоге Корнелиус вынужденно выкупил бизнес конкурента. Их интересы еще не раз пересекутся, и борьба в разных отраслях станет одним из самых интересных предпринимательских противостояний того времени.

Встречается версия, что уже после первого поединка Дрю с Вандербильтом втайне заключили партнерство, а врагами выглядели лишь для общественности.

Следующей целью Корнелиуса стал маршрут Нью-Йорк — Олбани, где вполне успешно работала Гудзонская речная ассоциация. Вандербильт действовал в своей манере: снизил цену до $1, затем до 10 центов, а позже вообще начал работать бесплатно. В отличие от конкурентов, он мог себе это позволить. Еще одним подходом Вандербильта стал популизм: он назвал созданный маршрут «Народной линией» по аналогии с лозунгами президента США Эндрю Джексона.

Гудзонская речная ассоциация не смогла ничего противопоставить конкуренту, и ей остались только решительные меры — единоразовая выплата в $100 тысяч и еще по $5 тысяч в год в течение 10 лет за то, чтобы Вандербильт ушел с этого рынка.

Корнелиус принял предложение и был вполне удовлетворен таким поворотом событий. Есть мнение, что это не единственный раз, когда предприниматель соглашался на отступные вместо того, чтобы добить уже поверженного противника. В дальнейшем Вандербильт подчинит себе весомую часть нью-йоркских линий.

Солидную прибыль Вандербильт тратил на расширение флота, который достиг ста судов. При этом он не экономил на пароходах и следил за тем, чтобы они были совершенными как в техническом плане, так и с точки зрения эстетики и удобства.

Вандербильт не намерен был останавливаться на пароходах — для большего контроля в Нью-Йорке ему нужны были недвижимость и железные дороги. Последними Вандербильт заинтересовался еще в начале 1830-х годов, и его интерес не остановила даже Хайстаунская катастрофа, в которой он получил серьезные ранения.

В 1840 году Вандербильт обратил внимание на Стонингтонскую железную дорогу, соединяющую Нью-Йорк и Бостон. Для ее владельцев это означало наступление тяжелых времен. При этом приобретать активы по себестоимости предпринимателю не хотелось, да и акционеры Стонингтона были против такого покупателя.

Вандербильт выбрал более долгий путь: заполучив конкурирующие железные дороги, он начал ценовую войну, сбросив стоимость рейса до минимума. В 1847 году Стонингтон все еще держалась, а вот на бирже запаниковали и обрушили акции компании.

Этого Вандербильт и ждал, а потому сориентировался быстрее остальных и заполучил Стонингтон под свой полный контроль. Нынешние исследователи за такой подход называют Корнелиуса мастером демпинга, а современники считали его хищником и боялись попасться ему на пути.

С недвижимостью Вандербильт тоже не мелочился и тратил большие деньги не только на покупку зданий, но и на застройку приобретенных земельных участков. Некоторые источники указывают на заявления магната о том, что он не собирается ждать строительства инфраструктуры от властей и предпочитает создать ее самостоятельно.

Несмотря на успехи в бизнесе и состояние, которое оценивается в несколько миллионов, Вандербильт так и не стал своим в высшем свете Нью-Йорка. Его приглашали на вечера, но произвести хорошее впечатление Вандербильту не удавалось: необразованный, привыкший к окружению моряков, он грубо ругался, постоянно курил сигары и не выбирал выражений в разговоре. К тому же среди представителей высшего общества хватало людей, чей бизнес Вандербильт раздавил, пока строил свою империю.

В 1848 году началась Калифорнийская золотая лихорадка. Зарабатывали на ней в основном не золотоискатели, а торговцы необходимым инвентарем и припасами, а также транспортные компании. Тихоокеанское почтовое пароходство, которое контролировало панамское направление, делало миллионы

Вандербильт в это время создал компанию Accessory Transit Company. Он добавил новый маршрут, создав канал между Карибским морем и Тихим океаном. Для этого Вандербильт в 1849 году заключил с правительством Никарагуа договор, по которому получал исключительные права на строительство канала, но из-за разногласий между Великобританией и США у него ничего не вышло.

Тогда Вандербильт нашел другой маршрут, но столкнулся с новой проблемой: река Сан-Хуан была признана не судоходной. Вандербильт, имевший огромный опыт в этой сфере, расчистил русло Сан-Хуан, а позже сам встал у руля парохода, продемонстрировав, что остальные заблуждались.

Сам проложенный путь можно было считать настоящим туристическим маршрутом. Желающих принимали на борт в Нью-Йорке, везли к побережью Никарагуа, после чего вверх по реке. Затем была пересадка и поездка по суше до озера Никарагуа, где опять нужно было сесть на пароход. Даже несмотря на обилие пересадок, маршрут был короче, чем у конкурентов, так что свою аудиторию Вандербильт получил и на золотой лихорадке зарабатывал больше миллиона в год.

В 1850-е годы Вандербильт стал крупнейшим американским судовладельцем. Его капитал увеличился до астрономической по тем временам суммы в $11 млн. На территории США было мало людей, готовых бросить вызов Вандербильту. Уверившись в прочности своей империи, предприниматель решил взять первый в своей жизни отпуск.

Довольно скупой Вандербильт решил отдохнуть с небывалым комфортом и даже специально построил яхту «Северная звезда». Яхта длиной 80 метров, проработанная по всем требованиям Корнелиуса и внутри напоминавшая дворец, стала визитной карточкой предпринимателя: по ней люди в портах узнавали, что в город прибыл Вандербильт.

Выходец из простой семьи, Вандербильт нисколько не стеснялся своего происхождения и даже подчеркивал его: о манере бизнесмена вести себя в обществе уже было сказано. Дела предприниматель вел жестко, не оглядываясь ни на конкурентов, ни на законы.

При этом Вандербильт был довольно скупым человеком, не склонным тратиться просто так, и сильно ограничивал в деньгах даже свою семью. Он предпочитал старые костюмы и не носил с собой портсигар, чтобы ни с кем не делиться сигарами. В 1876 году, когда предприниматель заболел, врачи советовали ему пить шампанское для уменьшения боли в желудке, но тот отказался, потому что счел такое обезболивающее слишком дорогим.

Кроме манер Вандербильта, общество потешалось над его вкусами. В частности, вызывал смех его особняк на Статен-Айленде, который представлял собой безвкусно оформленный дворец с бронзовой статуей самого Вандербильта. Скульптор изобразил заказчика античным богом на троне.

Американскому высшему обществу и представителям европейских аристократических семей поведение Вандербильта казалось бестактным, но тот не считался с их мнением и позволял
себе разного рода выходки — от матросских ругательств в обществе дам, до аренды целого театра в Лондоне, чтобы развлечься с друзьями и семьей. Манеры Вандербильта копировали такие же разбогатевшие бизнесмены, вышедшие из бедноты. При этом сам Корнелиус нуворишей не любил и все же стремился стать частью высшего общества.

У предпринимателя было 13 детей (до взрослого возраста дожили только 11), которых он вовсе не баловал. Особенно доставалось сыновьям, которых Вандербильт не считал достойными продолжить его дело. Изначально он возлагал надежды на младшего из трех сыновей Джорджа, но тот умер в 25 лет.

Средний — Корнелиус — страдал от эпилепсии, был большим любителем выпить и развлечься, а также азартным игроком. Предприниматель несколько раз отправлял его в лечебницу для душевнобольных и не надеялся, что сын изменится.

Оставался еще старший сын Уильям, но его Корнелиус не привечал и решил избавиться от него специфичеким способом — отдал ему запущенную ферму на Статен-Айленде, просто чтобы тот мог прокормить семью. Уильям неожиданно для отца привел дела в порядок, значительно расширил свои владения и даже восстановил заброшенную железную дорогу на Статен-Айленде. Вандербильт-старший оценил способности сына и привлек его к семейному бизнесу, а позже сделал вице-президентом.

По политическим взглядам Корнелиус Вандербильт был республиканцем — хотя это мало влияло на его действия, он не особенно поддерживал партию. Можно привести в пример общение Вандербильта с полководцем и президентом США Улиссом Грантом. Грант взял в долг у Корнелиуса $150 тысяч, оставив в залог право на недвижимость, свои медали и шпагу. Предприниматель такой залог принял и не стал предоставлять Гранту особенных условий, хотя тот был культовой личностью для жителей северных штатов и особенно для республиканцев.

При жизни Вандербильт сделал пожертвование в $1 млн на Центральный университет в городе Нашвилл, который теперь известен как университет Вандербильта. Иногда встречается информация, что деньги были вложены уже по завещанию, а также по нему около $50 тысяч получила церковь в Нью-Йорке.

Корнелиус Вандербильт умер в 1877 году, будучи богатейшим на тот момент человеком в мире. Состояние в $105 млн он распорядился разделить неравномерно: $95 млн и компанию получил старший сын Уильям, ставший единственной надеждой отца, а остальным детям в сумме досталось около $9 млн.

Иногда встречается информация, что остальные дети магната получили только по $100 тысяч. Они пытались отсудить у Уильяма полагающиеся им средства, пытаясь доказать, что, подписывая завещание, отец был не в себе. Тем не менее ни один суд не вынес решение в их пользу. Уильям, получивший бизнес отца, увеличил состояние до $200 млн.

Уильям пережил Вандербильта-старшего только на восемь лет. В отличие от отца, он поровну разделил деньги между восемью своими детьми. Наследники не обладали особыми амбициями и способностями: получив деньги, они жили на широкую ногу, строили дворцы и играли в карты.

Среди них были видные меценаты, яхтсмены и светские дамы, а вот предпринимателей, равных Корнелиусу и Уильяму, не было. Империя Вандербильта была потеряна.

Один из известных нам выходцев этого рода — Джеймс Вандербильт, написавший сценарий к новой дилогии «Человека-паука». Парадоксально, но со временем Вандербильты из нуворишей стали яркими представителями американского высшего общества. При этом сейчас никто из них не входит в число богатейших людей мира и все они уступают в славе своему великому предку.

Текст

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Апр 25, 2017 / история, сша / Теги: , , , , / Комментарии: 0

Добавить комментарий

:good: 
:negative: 
:rofl: 
:scratch: 
:wacko: 
:yahoo: 
B-) 
больше...
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: